Когда наступит вечер своих знакомых встречу и к себе их позову песня

Все стихи Михаила Исаковского

читать онлайн. В книгу включены песни по старинке называемые блатными. Их вы либо сами поете под гитару, либо с удовольствием и грустью слушаете в своих компаниях на кухне, в клубах, у. И однажды вечером принесли ей весточку. Сообщили матери .. Так для чего ж я добывал себе свободу. "Ты сам себе противоречишь, - Что их не видно, вряд ли странно - И свет несёшь своих идей?" . Взгляд у взгляда о встрече просил. Наступает час услад. ВЕЧЕР. Все по-разному пишут про вечер. Пушкин, Лермонтов, Тютчев и Блок. . И в каждом слове скрыта песня. . Я позову тебя за горизонт. В прифронтовом лесу; Вдоль деревни; Весенняя песня; Весна; Весна бушевала; Вишня; Враги сожгли родную хату; Все исчезло, скрылось за сосновым.

Колбаса была теплая, румяная и вкусная, как окорок. Теперь Гржибовский резал нового кабана. Услышав визг, мы подбежали к забору и заглянули в щель. На крыльце, где обычно курил свою трубку Гржибовский, согнувшись, стоял петлюровец и усердно чистил двумя мохнатыми щетками голенище высокого сапога. Начистив сапоги, он выпрямился и положил щетки на барьер крыльца. Ведь это же Марко! Ошибки быть не могло. Старший сын Гржибовского, Марко, или Курносый Марко, как его звала вся улица, стоял сейчас на крыльце в щеголеватом френче, затянутый в коричневые портупеи.

Его начищенные сапоги ярко блестели. Когда красные освободили город от войск атамана Скоропадского, Марко исчез из дому. Он бежал от красных, а сейчас вот появился снова, нарядный и вылощенный, в мундире офицера петлюровской директории.

Ничего доброго появление молодого Гржибовского не предвещало Однажды, вскоре после прихода петлюровцев, вместо математика к нам в класс вошел Валериан Дмитриевич Лазарев. Он поздоровался, протер платочком пенсне и, горбясь, зашагал от окна к печке. Он всегда любил, прежде чем начать урок, молча, как бы собираясь с мыслями, пройтись по классу. Вдруг Лазарев остановился, окинул нас усталым рассеянным взглядом и сказал: Жили мы с вами славно, не ссорились, а вот пришла пора расставаться.

Училище наше закрывается, а вас переводят в гимназию. Добровольно они туда не могли набрать учеников, так на такой шаг решились Сейчас можете идти домой, уроков больше не будет, а в понедельник извольте явиться в гимназию. Вы уже больше не высшеначальники, а гимназисты. Уж очень стало удивительно тихо. Первым нарушил эту тишину конопатый Сашка Бобырь. Было видно, что Сашкин вопрос задел Валериана Дмитриевича за живое. С паном Петлюрой у нас разные дороги.

Я в той гимназии ни к чему, - криво улыбнувшись, ответил Лазарев и, присев к столу, принялся без цели перелистывать классный журнал. Тогда мы повскакивали из-за парт и окружили столик, за которым сидел Лазарев. Мы видели, что он расстроен, что ему тяжело разговаривать с нами, но все же мы стали приставать к нему с вопросами. Сашка Бобырь спрашивал Лазарева, будем ли мы носить форму, Куница - на каком языке будут учить в гимназии; каждый старался выведать у Валериана Дмитриевича самое главное и самое интересное для.

Особенно хотелось нам узнать, почему Лазарев не хочет переходить в гимназию. И когда мы его растравили вконец, он встал со стула, еще раз медленно протер пенсне и сказал: По мне, был бы человек честным, полезным обществу, а то, на каком языке он говорит, - дело второстепенное. И я всегда считал и считаю, что нельзя решать судьбу Украины в отрыве от будущего народов России И никогда они мне не простят, что я первый рассказывал вам правду о Ленине Невесело расходились мы в этот день по домам.

Было жалко покидать навсегда наше старое училище. Никто не знал, что нас ожидает в гимназии, какие там будут порядки, какие учителя.

Конечно, прав был мой польский друг! Что говорить, никому не хотелось расставаться со старым училищем. Да и как мы будем учиться вместе с гимназистами? Еще от старого режима сохранялись у них серые шинели с петлицами на воротнике, синие мундиры и форменные фуражки с серебряными пальмовыми веточками на околыше. А когда пришли петлюровцы, многие гимназисты, особенно те, что записались в бойскауты, вместо пальмовых веточек стали носить на фуражках петлюровские гербы - золоченые, блестящие трезубцы.

Иногда под трезубцы они подкладывали шелковые желто-голубые ленточки. Мы издавна ненавидели этих панычей в форменных синих мундирах с белыми пуговицами и, едва завидев их, принимались орать во все горло: Гимназисты тоже были мастера дразниться.

На медных пряжках у нас были выдавлены буквы "В. Отсюда и пошло - увидят гимназисты высшеначальников и давай кричать: Ну и лупили же их за это наши зареченские ребята! То плетеными нагайками, то сложенными вдвое резиновыми трубками.

А маленькие хлопцы стреляли в гимназистов из рогаток зелеными сливами, камешками, фасолью. Жаль только, что к нам в Заречье, где жила преимущественно беднота, они редко заглядывали. Почти все гимназисты жили на главных улицах города: Ох, и не хотелось в то ясное, солнечное утро в первый раз идти в незнакомую, чужую гимназию! Еще издали, с балкона, когда мы с Петькой Маремухой и Куницей переходили площадь, кто-то из гимназистов закричал нам: А воши свои на Заречье оставили?

Хмурые, насупленные, вошли мы в темный, холодный вестибюль гимназии. В тот день у нас, у новичков, никаких занятий не. Делопроизводитель в учительской записал всех в большую книгу, а потом сказал: А директор засел в своем кабинете и долго к нам не выходил. Мы слонялись по сводчатым коридорам, съезжали вниз по гладким перилам лестницы, а потом забрели в актовый зал. Там, в огромном пустом зале, горбатый гимназический сторож Никифор снимал со стены портреты русских писателей.

Вместо писателей Никифор стал вставлять под стекло петлюровских министров, но министров оказалось, больше, чем писателей, - девятнадцать человек, и золоченых рам для них не хватило. Тогда Никифор постоял, поскреб затылок и заковылял в кабинет естествознания. Он притащил оттуда целую пачку застекленных картинок разных зверей и животных. Но едва он принялся потрошить эти картинки, как в актовый зал вбежал рассвирепевший учитель природоведения Половьян. Природовед поднял такой крик, что мы думали, он убьет горбатого Никифора.

Половьян бегал вокруг стремянки и кричал: Да ты с ума сошел! Я не отдам своего муравьеда! Такой муравьед на весь город. А Никифор только огрызнулся: Покружившись в актовом зале, Половьян убежал жаловаться директору, но тот только похвалил горбатого Никифора за его выдумку. Сторож, хитро улыбаясь, стал выдирать из вишневого цвета рамок львов, тигров, носорогов, а с ними и половьяновского муравьеда.

Сидя на паркетном полу, Никифор клещами выдергивал из рамки гвоздики, и фанерная крышечка выпадала. Никифор вынимал картинки, обтирал рамки влажной тряпкой и клал на стекло кого попало - то морского министра, то министра церковных дел, то хмурого усатого министра просвещения. Когда все портреты были развешаны, сторож Никифор покропил водой паркетный пол актового зала и вымел в коридор весь мусор и паутину. Вместе с нами он расставил перед сценой несколько длинных сосновых скамеек.

Все высшеначальники собрались в актовый зал и сели на скамейки. Бородатый директор гимназии Прокопович вылез на сцену, откашлялся и, поставив правую ногу на суфлерскую будку, стал говорить речь. Половину его слов мы не разобрали.

Я запомнил только, что мы, "молодые сыны самостийной Украины", должны хорошо учиться в гимназии и заниматься в скаутских отрядах, чтобы, окончив учение, поступить в военные петлюровские школы. Маремуха, Сашка Бобырь, Куница и я попали в один класс. Первое время мы держались вместе и даже могли при случае дать сдачи любому гимназисту. Но потом Петька Маремуха стал все больше и больше подмазываться к ловкому и хвастливому гимназисту Котьке Григоренко.

Они, правда, и раньше, по Старой усадьбе, были знакомы друг с другом. Петькин отец, сапожник Маремуха, арендовал у доктора Григоренко флигель в Старой усадьбе, Котька иногда приезжал со своим отцом в Старую усадьбу и там познакомился с Петькой. Здесь, в гимназии, они встретились как старые знакомые, Котька вдобавок подкупил Маремуху архивной бумагой с орлами, и Петька Маремуха совсем раскис.

Отец Котьки был главный врач больницы. Он позволял своему сыну рыться в больничном архиве и выдирать из пахнущих лекарствами ведомостей чистые листы. Котька часто брал с собой в больничные подвалы и Маремуху - добывать чистую бумагу. Маремуха не раз бывал у Котьки дома, на Житомирской улице, не раз они вместе ходили на речку ловить раков. Григоренко его и в бойскауты записал одним из первых. А вскоре вслед за Маремухой под команду Котьки перекочевал и Сашка Бобырь.

Он, дурень, похвастался однажды перед Котькой своим никелированным "бульдогом", а Котька и припугнул его, что скажет про этот револьвер петлюровским офицерам. Вот Сашка Бобырь с перепугу и стал также подлизываться к Котьке. Остались неразлучными только мы с Куницей. Обидной нам сперва показалась измена Маремухи и Сашки Бобыря, а потом мы бросили думать о них и еще крепче сдружились.

И до чего же скучно было учиться первое время в гимназии! Классы здесь хмурые, неприветливые, точно монастырские кельи. Да тут и в самом деле когда-то были кельи. Раньше в этом доме был монастырь. В монастырских подвалах, слышал я, замуровывали живьем провинившихся монахов. Здание это много раз перестраивали, но все-таки оно и изнутри и снаружи походило на монастырь.

Гимназисты, которые и до нас учились в этом здании, чувствовали себя здесь хозяевами. Они позанимали лучшие места на первых партах, а нам, высшеначальникам, осталась одна "Камчатка". А гимназические учителя нудные, злые, слова интересного не скажут, не пошутят, как, бывало, Лазарев в высшеначальном.

Не раз вспоминали мы Валериана Дмитриевича Лазарева, его интересные уроки по истории, прогулки с ним в Старую крепость. Тут, в гимназии, запретили изучать русский язык, общую историю сразу отменили, а вместо нее стали мы учить историю одной только Украины. А учителем истории директор назначил петлюровского попа Кияницу.

Высокий, обросший рыжими волосами, в зеленой рясе, с тяжелым серебряным распятием на груди, он стал приходить в класс задолго до звонка. Мы еще по двору бегаем, а он уже тут как. Кияница преподавал историю скучно, неинтересно. Часто посреди урока он вдруг останавливался, кряхтел, теребил свою рыжую бороду и лез за помощью в учебник Грушевского - старого украинского националиста.

А когда надоедало рыться в этой толстой, тяжелой книге, он начинал задавать нам вопросы. А однажды Кияница венчал адъютанта самого Петлюры Степана Скрипника и пришел в гимназию со свадьбы. От него пахло водкой. Кияница поднялся на второй этаж и двинулся прямо в директорскую за учебниками. Он прятал учебники в шкафу у директора. А в этот день директора вызвали в министерство просвещения, и он ушел, закрыв свой кабинет. Мы подсмотрели, как Кияница покрутился около директорской, заглянул в замочную скважину, потом крякнул с досады и, пошатываясь, вернулся в класс.

Он долго хмыкал что-то непонятное под нос, совал длинные руки под кафедру, кашлял, а потом вдруг пробурчал: Крепость Кодак знаменита тем, что ее построили около Днепровских порогов Кто построил крепость Кодак? Ну вот, как тебя, отрок? Бедный Петька не ожидал такого каверзного вопроса. Он завертелся на скамейке, оглянулся, потом вскочил и, краснея, сказал: В классе наступила тишина. Было слышно, как далеко за Тернопольским спуском проезжала подвода.

Кто-то свистнул на Гимназической площади. Петька долго переминался с ноги на ногу и затем, зная, что больше всех гетманов поп любит изменника Мазепу, и желая подмазаться к учителю, собравшись с духом, выпалил: Поп насторожился, вскинул кверху голову и грозно спросил: Куница встал и, опустив глаза вниз, бледный, взволнованный, глядя в чернильницу, тихо ответил: Мне стало очень страшно за Юзика.

Я ждал, что Кияница набросится на него с кулаками, изобьет его здесь же, у нас на глазах. Но поп, опираясь здоровенными своими лапами на кафедру, нараспев, басом сказал: Итак, ты утверждаешь, что я извращаю истину? Тогда выйди, голубчик, сюда и расскажи нам, кто же, по-твоему, построил крепость Кодак.

Поп думал, что Куница испугается и не ответит, но Куница выпрямился и, глядя попу прямо в глаза, твердо сказал: Кашлял он долго, закрывая широким рукавом волосатый рот. В эту минуту в классе еще сильнее запахло водкой.

Накашлявшись вдоволь, красный, со слезящимися глазами Кияница спросил: А ну, стань в угол, польское отродье! Даже стекла задрожали в эту минуту от крика Кияницы. Бледный Юзик подождал немного, а потом тихо пошел к печке и стал там, в углу, на колени. После этого случая мы еще больше возненавидели попа Кияницу. Если бы не эта поездка за барвинком, сидеть бы и нам теперь на уроке закона божия да заучивать наизусть "Отче наш".

А разве в такую погоду полезет в голову "Отче наш" или история попа Кияницы? И мне сразу стало очень грустно, что только на сегодня выпало нам такое счастье. Навстречу идет колонна петлюровцев. Их лица лоснятся от пота.

Сбоку с хлыстиком в руке шагает сотник. Левые колеса уже катятся по тротуару - вот-вот мы зацепим осью дощатый забор министерства морских дел петлюровской директории. Возница круто останавливает лошадь.

Колонна поравнялась с нами. Сотник, пропустив солдат вперед, подбежал к вознице и, размахивая хлыстиком, закричал: Не мог обождать там, на горе? Не видишь - казаки идут? И не успели затихнуть голоса петлюровцев, как сотник звонко скомандовал: Солдаты сразу пошли по команде "смирно", повернув головы налево.

Вороненые дула карабинов перестали болтаться вразброд и заколыхались ровнее, но чего ради он скомандовал "смирно"? Ах, вот оно что! На тротуаре появились два офицера-пилсудчика. Один из них - маленький, белокурый, другой, постарше, - краснолицый, с черными бакенбардами.

Пилсудчики идут, разговаривая друг с другом, и не замечают поданной команды. Сотник остановился и смотрит на пилсудчиков в упор. Сотник снова командует на всю улицу: Белокурый офицер толкнул краснолицего. Тот выпрямился, незаметно поправил пояс и зашагал, глядя на колонну.

Только когда первый ряд подошел к офицерам, оба ловко вскинули к лакированным козырькам конфедераток по два пальца. А сотник вытянулся так, словно хотел выскочить из своего френча, и, нежно ступая по мостовой, приставив руку к виску, прошел перед пилсудчиками, как на параде. Мы ехали медленно рядом с офицерами по узенькой и кривой улице. Куница искоса разглядывал их расшитые позументами стоячие воротники. Офицеры шли улыбаясь, маленький, покрутив головой, сказал: Он мужик и мужиком сгинет, - ответил белокурому офицер с бакенбардами и, вынув из кармана маленький, обшитый кружевами платочек, стал сморкаться, да так здорово, что бакенбарды, словно мыши, зашевелились на его румяных щеках.

Я понял, что пилсудчики смеются над петлюровским сотником, который дважды подавал команду "смирно", лишь бы только выслужиться перед. У Гимназической площади пилсудчики повернули в проулочек к своему штабу, а мы с грохотом въехали на площадь. Замощенная булыжником, она правильным квадратом расстилалась перед гимназией.

В гимназии было тихо. Видно, еще шли уроки. Не успела лошадь остановиться, как мы с Юзиком спрыгнули с подводы и побежали по каменной лестнице наверх, в учительскую. Навстречу нам попался учитель украинского языка Георгий Авдеевич Подуст. Его на днях прислали в гимназию из губернской духовной семинарии. Немолодой, в выцветшем мундире учителя духовной семинарии, Подуст быстро шел по скрипучему паркету и, заметив нас, отрывисто спросил: Вас же за гвоздями посылали?

Я уже знал, что учитель Подуст очень рассеянный, все всегда путает, и сразу пояснил: Привезли целую подводу барвинка! А вы Кулибабу не встречали?

И Подуст побежал дальше, но вдруг быстро вернулся и, взяв меня за пряжку пояса, спросил: Ну как твоя фамилия? Всей гимназии было известно, что Подуст плюется, когда начинает говорить. Только я забыл трошки. Иди немедленно домой и учи все, что знаешь. Нет, пожалуй, не все, а так, приблизительно два-три стихотворения. Он закашлялся и потом, нагнувшись ко мне, прошептал: Возможно, сам батько Петлюра придет А в гимназию придешь послезавтра. И я сам тебя проверю.

Будь спокоен, - пробормотал Подуст и сразу побежал в темный коридор. Нужно тебе очень декламировать. Выслуживаешься перед этим гадом! Поехали б лучше снова за барвинком. Целый вечер я разгуливал по нашему огороду, между грядками, и бубнил себе под нос: Бадилля зсохло, А чересло, лемиш новii Чого ж ви стали? Иди лучше на улицу! Я учусь декламировать стихотворение, - весело ответил.

Если мне дадут награду, я и вам половину принесу! Проклятые "Быки" меня здорово помучили. Их я повторил раза три по "Кобзарю" - и все, а вот с "Быками" провозился долго. Все путалось, как только я начинал читать наизусть. Сперва я читал, как созревает хлеб на полях и как текут молоко и мед по святой земле, а уже потом - как быки, вспахивая поле, ломают бурьяны и чертополох.

А надо было читать как раз наоборот. Я уже пожалел даже, что вызвался учить именно эти стихи, про быков. Но тогда, пожалуй, Подуст не отпустил бы меня домой. Лишь к вечеру следующего дня я, наконец, заучил правильно стихотворение про быков и утром с легким сердцем пошел в гимназию к Подусту.

Вы мне велели учить стихи. Ну, не все одно - Кулибаба, Манджура? Пряча в карман пенсне, Подуст предложил: И только мы переступили порог актового зала, изо всех окон мне в глаза ударило солнце. За те дни, пока я не ходил в гимназию, в актовом зале произошли перемены. Вблизи сцены из свежих сосновых досок выстроили высокую ложу. Через весь зал были протянуты две толстые гирлянды, сплетенные из привезенного нами барвинка.

Вместе со стеблями барвинка в гирлянды вплели шелковые желто-голубые ленты. Гирлянды перекрещивались под сверкающей в солнечных лучах хрустальной люстрой. Крашенные масляной краской стены актового зала были хорошо вымыты и тоже блестели на солнце. Вверху, под лепными карнизами, висели портреты петлюровских министров, а у белой кафельной печки, перевитый вышитым рушником, виднелся на стене большой портрет Тараса Шевченко.

Подуст взобрался на суфлерскую будку и, сидя на ней, точно на седле, кивнул: Было очень неловко декламировать в этом пустом солнечном зале на скользком паркете, но я откашлялся и начал с выражением: Чи поле страшно заросло? Чи лемеша iржа поiла? Я видел перед собой широкий, весь в мелких ямках, нос учителя, видел совсем близко зеленоватые близорукие глаза его, посыпанный перхотью и засаленный воротник его мундира.

Подуст в такт чтению притопывал ногой. Не дождавшись, пока я кончу, он вскочил и чуть не опрокинул суфлерскую будку. Вирши Шевченко в таком же духе читаешь?

Это будет коронный номер. Советую только тебе выпить сырое яйцо, перед тем как выйдешь на сцену, чтобы не сорвался голос. Важно, чтобы сырое. Тут же он спрыгнул на паркет и поскользнулся. Вынув карандаш и листок бумаги, щуря свои подслеповатые глаза, Подуст посмотрел на меня так, будто видел меня в первый.

Записочку эту Подуст не потерял. Когда в день праздника я пришел в гимназию, меня встретил на лестнице Юзик и насмешливо сказал: Он вынул из кармана розовую программку и протянул ее. Рядом со словом "декламация" в этой программке я нашел напечатанную настоящими типографскими буквами свою фамилию. Это было очень приятно. Мимо нас, высоко подняв голову и, видно, высматривая кого-то, прошел в хорошо выутюженном мундире директор гимназии Прокопович.

Из петлицы мундира у него торчал букетик цветов иван-да-марьи. Директор нарочно посылал в соседний Должецкий лес гимназического сторожа Никифора за этими желто-синими цветами. Говорили, что Прокопович дружит с Петлюрой, а Подуст даже рассказывал, что наш директор скоро будет у атамана министром просвещения. До начала вечера оставалось много времени. Вдвоем с Куницей мы долго бродили по гимназическим коридорам, зашли в разукрашенный сосновыми ветками буфет, и там он угостил меня сельтерской водой с вкусным сиропом "Свежее сено".

Взамен я разрешил ему залезть ко мне в карман и вытащить оттуда пригоршню жареной кукурузы. Мы грызли эти белые, лопнувшие на огне зернышки и следили, как высокий скаут Кулибаба, стоя с посохом на контроле, пускает в гимназию приглашенных гостей.

Когда кто-нибудь пробегал мимо меня, я сторонился: Оно лежало в фуражке. Это яйцо сегодня снесла наша старая белая утка, и я тайком от тетки стащил его из гнезда. Было непривычно гулять по коридору в тесном суконном мундирчике. Я одолжил его у зареченского хлопца Мишки Криворучко, которого еще при гетмане выгнали из гимназии за то, что он побил окна в доме помещика Язловецкого. Мундир жал под мышками, было жарко. Чем больше собиралось в актовом зале народу, тем страшнее становилось. Ведь я никогда раньше не декламировал на таких вечерах.

В классе у доски я читал наизусть вирши, но то были в классе, где сидели свои, знакомые, хлопцы из высшеначального. Здесь же многих людей, особенно военных, я не.

У меня сильно колотилось сердце и тяжелели ноги, когда мы с Куницей, прогуливаясь по коридору, подходили к дверям зрительного зала. На Заречье, где жили мы, и вовсе никогда не было электричества. Стоило ли мне теперь из-за этого тревожиться? Зато я все чаще подумывал: Самое страшное - мне все больше и больше казалось, что я забыл стихи. Шевеля холодными губами, я шептал про себя строчки и с перепугу вовсе не понимал. Чудилось, что это не я читаю, а что рядом со мной идет совсем незнакомый человек и нашептывает на ухо какие-то чужие и непонятные слова.

А тут еще Куница пристал. Заглянув мне в лицо, он засмеялся: Чего ты такой белый, Васька, словно тебя мелом вымазали? Юзик заглянул в класс, но, видно, ему не понравилось, что в классе совсем темно, и он сказал, грызя кукурузу: Я тебя лучше в зале послушаю.

Ведь так нам и Лазарев объяснял. В эту минуту пронесся черноволосый восьмиклассник с повязкой распорядителя на рукаве и закричал на весь коридор: По сцене бегали гимназисты, кто-то гремел гирями, выжимая их одной рукой. Пахло пудрой и нафталином. Я осторожно пробирался в глубь сцены, где было потемнее Откуда ни возьмись, навстречу мне выскочил запорожец с седыми усами, в голубом кунтуше.

Кривой ятаган висел у запорожца на боку. Я шарахнулся в сторону и чуть не полетел, споткнувшись о чугунную гирю. Яйцо запрыгало у меня в фуражке. Запорожец засмеялся и крикнул басом: Узнав по голосу, что это не настоящий запорожец, а наш одноклассник, долговязый Володька Марценюк, я мигом схватил его за глотку. Send out the notice about the meeting. Что сегодня на повестке дня? Он получил повестку из суда.

He got a summons to court. Вы читали повести Тургенева? Have you read the stories of Turgenev? Когда я смогу повидать директора? When will I be able to see the director? Я наверно не успею с ним сегодня повидаться.

Apparently the train is late. Вы, повидимому, не понимаете, что тут происходит. Что дало повод к ссоре? What was the cause of the argument?

По-моему я ему не дал никакого повода так со мной разговаривать. А что вы по этому поводу скажете? What would you say on that score? He gets excited on the slightest provocation. Я слез и повёл лошадь в поводу. I got down and led the horse by the reins. Come on; turn around. Их дом сразу же за поворотом. Their house is right around the bend. В наших отношениях произошёл поворот к лучшему. Ведь вы не хотите с ним ссориться! He likes to grumble a little. Выпейте, это вам не повредит.

Боюсь, что ваше вмешательство ему только повредит. У него сильный ушиб локтя с повреждением кости. Телефон не работает, позвоните в бюро повреждений.

The telephone is out of order. Call the repair office. Вы эту газету повсюду найдёте. У нас в Союзе повсюду есть драматические кружки. There are dramatic clubs all over the Soviet Union. В этом городе повсюду есть хорошие рестораны. There are good restaurants throughout the city. Повторите, пожалуйста, я не расслышал. Урок у меня почти готов, надо только слова повторить. My homework is almost finished.

I only have to go over my vocabulary. Вам не мешало бы повторить грамматику. Не повторяйте этого — над вами будут смеяться. All he knows is to parrot what other people say. Нам удалось значительно повысить выработку. We were able to raise our output a great deal. Эта рецензия повысила интерес к его книге. This review increased the interest in his book.

Мой самый первый в жизни друг | ВЕСЬ БЕРЕСТОВ - Part 4

Prices have gone up a great deal. Прошу вас не повышать голоса! Когда мне можно будет снять повязку с рука? When can I take the bandage off my arm? К счастью, нам удалось быстро погасить пожар. Fortunately, we were able to put out the fire quickly. Put the candle out. У нас вчера во всём доме вдруг погас свет. Yesterday the lights went out suddenly in our house. Я здесь просто погибаю от скуки.

Он погиб на фронте. He died at the front. Мой сын погладил собаку, а они его укусила. My son was petting the dog and she bit him. У меня всё бельё уже поглажено. All my wash is already ironed. Поглядите, что они делают! Look at what they are doing! Вам нужно поговорить с директором. They talked about it for about two days and then forgot about it. Это старая русская поговорка. Всю неделю стояла ужасная погода. The weather was terrible all week long. Погодите, он сейчас выйдет. Погоди, достанется тебе от отца!

Call a little later. В этом виноваты все поголовно. Everybody, without exception, is guilty. Сколько человек вам понадобится для погрузки? How many men will you need for loading? Молчите, вы всё дело погубите. Придётся поставить чемодан под кровать. I keep these things under lock and key.

I served under his command. He writes under a pen name. Они жили раньше под нами. They used to live a floor below us.

АЛЕКСАНДР КОСАРЕВ

Наденьте свитер под пальто. Put a sweater on underneath your overcoat. В то время под Ленинградом шли бой. At that time they were fighting near Leningrad. Этот участок отдан под огород. This empty lot was made into a vegetable garden. Я заснул только под утро. I only fell asleep towards morning. Дальше дорога идёт под гору. The road goes downhill now. Нам пришлось простоять целый час под дождём.

We had to stand in the rain for an hour. I have everything handy here. What does that term mean to you? He used clippers on me. Let me take your arm. He was put on trial for it. Она была подавальщицей в столовой. She was a waitress in a lunchroom. Пожалуйста, подавайте поскорее, мы спешим на поезд.

Will you serve us quickly please? We have to make a train. We always serve tea in glasses. Он не подавал повода к такому подозрению. He gave no cause for suspicion.

Он подаёт вам плохой пример. He sets a bad example for you. Только не подавайте виду, что вы об этом знаете. Be sure to show you know nothing about it. Этот скрипач подаёт надежды. This violinist shows promise. Я вчера за обедом чуть не подавился костью. Yesterday at dinner I almost choked on a bone. Если уж он это сделал, то вы и подавно сумеете. Что бы мне ему подарить? Эту книгу мне подарил сам автор. The author himself made me a present of this book.

Я хочу сделать ему хороший подарок. Это я вам в подарок принёс. I mean it as a gift. В котором часу подать вам завтрак? What time do you want breakfast served? Dinner is served; come on in, please. Вы подали хорошую мысль. You gave us a good idea. Он грозится, что подаст на них в суд. Я подал бы мяч лучше, если бы у меня была лучшая ракетка. После этого я ему руки больше не подам. Help him on with his coat. The carriage is ready. Не подбирайте яблок с земли. К счастью, провизию подвезли во-время.

Fortunately the food supplies were brought up on time. Я не хочу вас подвергать опасности. Его поведение было подвергнуто суровой критике. His conduct was severely criticized. Лошадей подвели к крыльцу. The horses were led up to the stoop. Хорошо бы под этот дом подвести каменный фундамент. It would be a good idea to place a stone foundation under this house.

Надеюсь, что он нас не подведёт. Вы меня очень подвели своим замечанием. You put me on the spot with your remark. Вы уже подвели итог вашим расходам?

Did you add up your expenses? Завтра мы закончим работу и сможем подвести итоги. Will the railroad run to our city? Мы никогда не забудем подвигов нашей армии. You have a lot of courage to go out in such weather. Подвиньте стол поближе к дивану. Move the table closer to the couch. Will you move over, miss, and make room for me. Наймите подводу для перевозки мебели. Hire a horse and wagon to move the furniture. Не подводите ребёнка к окну. Разве я вас когда-нибудь подводил?

When did I ever let you down? She uses too much eye-shadow. Сегодня на базаре был плохой подвоз овощей. There was a poor supply of vegetables on the market today.

Do you think your boy is well prepared for the exam? Подготовьте материал и садитесь за работу. Get your material together and get down to work.

You have to break the news to her gently. Это настоящий персидский ковёр или подделка? Is this a genuine Persian rug or just an imitation? Он сидит за подделку документов. Поддержите его, а то он упадёт. Он поддержал моё предложение. He supported my proposal. The entire shop supported her candidacy. Он это сделал, чтобы поддержать свой престиж. He did it to maintain his prestige.

Be a good sport; come along with us. Она поддерживает своих родителей. She supports her parents. Он здесь поддерживает порядок. He keeps things in order here. Мне ужасно трудно было поддерживать этот разговор. It was very difficult for me to keep this conversation going. We see him every so often. Он их единственная поддержка. My plan got his wholehearted support.

Dictionary of Spoken Russian/Russian-English/Text2

Это лечение прекрасно на меня подействовало. This treatment had a wonderful effect on me. Постарайтесь хоть вы на него подействовать, чтобы он приходил во-время.

  • Мой самый первый в жизни друг
  • Уличные песни (fb2)
  • Валерий Брюсов. Стихи

Maybe you can use your influence and make him come on time. Поделите эти деньги между. Divide this money among you. Он всегда готов поделиться последней копейкой. I came to share my good news with you. Хотите купить подержанный велосипед? Do you want to buy a secondhand bicycle? Подержите минутку мой пакет. Will you please hold my package a minute? Should I fry some potatoes for you?

Здесь был подземный ход. There was an underground passage here.